Звезда Маир сияет надо мною,
Звезда Маир,
И озарён прекрасною звездою
Далёкий мир.

Новости, связанные с Федором Сологубом

Маг из страны реалистов

Череда круглых дат, связанных с русской литературой, сделала начало лета в литературном клубе «Классики XXI века» очень насыщенным. Дело в том, что два года назад формат мероприятий был расширен. Кроме встреч с современными авторами по инициативе куратора Елены Пахомовой стали проводиться еще и круглые столы, посвященные писателям Серебряного века. Это начинание призвано помочь пониманию процессов, происходящих в литературе сегодня. И вслед за вечером, посвященным 160-летию со дня рождения философа и поэта Владимира Соловьева, прошел круглый стол по случаю 150-летия Федора Сологуба.

Старший научный сотрудник Государственного Литературного музея Григорий Зобин рассказал о демонических мотивах в творчестве писателя. Отметив, что Сологуб, безусловно, относится к тем авторам, в произведениях которых инфернальные образы занимали большое место, Зобин наглядно показал, что дьявольщина у него была лишена романтизации, свойственной, например, Брюсову. В прозе Сологуба, продолжил докладчик, мы находим трезвое, традиционно русское изображение бесовщины, восходящее к фольклорной традиции и образам Пушкина.

Разобравшись с бесами, заговорили о стихотворной технике Сологуба, которой был посвящен доклад доктора филологических наук Юрия Орлицкого. Начинавший как довольно однообразный и монотонный стихотворец, опиравшийся в своем творчестве на образцы силлабо-тонической поэзии, Сологуб пришел в конце концов к довольно изощренным приемам. Орлицкий продемонстрировал слушателям, как автор работал со сверхдлинной строкой и цезурой. Особого внимания была удостоена строфика Сологуба.

Тема доклада доктора филологических наук и поэта Светланы Буниной звучала так: «Сологуб и слезы: сентиментальный образ декадента». Писатель предстал перед гостями как самый слезоточивый автор среди символистов. Тема слез в его творчестве тесно связана с мотивом порки. Сологуб, которого мать порола даже в достаточно взрослом возрасте, воспринимал это как необходимое средство для исправления. Мир в его творчестве, заключила Бунина, постоянно держится на круге страданий, выход из которого – в смерти.

Художник, переводчик, директор русской коллекции в издательстве Альбен Мишель (Франция) Кристина Зейтунян-Белоус прочитала стихи, которые Сологуб писал на французском, отметив, что, несмотря на некоторую грамматическую неправильность, они необычны и интересны. Прозвучали и ее собственные переводы.

Во второй части подобных вечеров обычно звучат стихи виновника торжества. Однако все без исключения доклады и так были наполнены строчками из сологубовских произведений. Выступления же гостей, поднявшихся на сцену в «стихотворном» отделении, стали словно продолжением круглого стола. Константин Кедров, Елена Кацюба, Ольга Адрова добавили новые штрихи к портрету писателя. Сологуб-прозаик, следовало из их сообщений, остается актуальным и современным автором. Но Россия – страна реалистов, поэтому его «магический реализм» не создал традиции.